Читать: Что такое N-bomb?
ЧТО ТАКОЕ N-BOMB?
N-BOMe, который часто называют N-bomb или «Смайлики», – это мощный синтетический галлюциноген, который продают как замену ЛСД или мескалина (галлюциногенному наркотику, получаемому из кактусов). Существует несколько разновидностей этого наркотика, но самым мощным является 25I-NBOMe (или часто сокращённо «25I»), которым чаще всего злоупотребляют. Воздействие даже крошечного её количества может длиться до 12 часов и дольше.
N-bomb оказывает галлюциногенное воздействие, подобное воздействию очень малых доз ЛСД. Те, кто принимают этот наркотик, сообщают, что отрицательное воздействие и последствия приёма ещё хуже, чем от ЛСД. Его воздействие также подобно воздействию метамфетамина.12
Доза в 750 микрограмм, которая считается средней или высокой, по объёму примерно соответствует шести небольшим крупинкам обычной столовой соли.
N-bomb продаётся в виде жидкости, порошка или пропитанной промокательной бумаги. Обладает резким горьким металлическим вкусом, и некоторые наркоторговцы добавляют к жидкости и промокательной бумаге мятные или фруктовые ароматизаторы.
Поскольку при глотании N-bomb не даёт воздействия, потребители кладут её под язык, где она и всасывается. Некоторые люди вкалывают её, курят её порошок, вдыхают через нос или через испаритель или вводят в прямую кишку. Любой способ приёма опасен, так как воздействие оказывают уже несколько крупинок; передозировать N-bomb очень легко, а последствия этого иногда смертельны.
N-bomb настолько токсичен, что для обращения с ним необходимы защитная маска, перчатки и очки. Это также проблема и для сотрудников правоохранительных органов, так как они могут получить смертельную передозировку, если не будут носить защитные средства, когда конфискуют наркотики у подозреваемых.
Поскольку N-bomb продавают под названиями других наркотиков, потребители могут принять дозу, рассчитанную для другого наркотика, что может привести к смертельной передозировке.
УЛИЧНЫЕ НАЗВАНИЯ N-BOMB
|
|
|
|
«У меня было ощущение, словно мой разум разорвали на части, и всё, что я до этого делал или говорил, было для меня как в тумане... Мне кажется, что от этого у меня возникло какое-то посттравматическое расстройство. Я чувствую, что у меня развилось социальное расстройство, потому что я не мог говорить с незнакомыми, и я почувствовал, что если я только посмотрю кому-то в глаза, то начнётся приступ тревоги... 25I NBOMe оказался не игрушкой... Больше я не прикоснусь к 25I» (Ф. М.).